Сумерки окутали тайгу. Мошкара донимала до изнеможения. Более того, страх одолевал всё сильнее и сильнее с каждым криком «Ау!», «Ау!». Ночные птицы жутко отзывались на крики, и доносились непонятные звуки зверей. Мы с Аннушкой догадались, что заблудились.
Нас охватила паника, стали метаться по тайге в надежде найти какую-нибудь тропинку. А ведь отошли вроде совсем недалеко от стойбища, чтобы насобирать грибов. Корзины были доверху наполнены грибами, но это нас не радовало.
Я предложила своей подруге: «Давай не будем кричать, а постоим, прислушаемся, успокоимся. Может, нас уже ищут родные».
Дома мы отпросились пойти в лес, нам разрешили, но только недалеко. Мы ведь уже не раз ходили за ягодами, за грибами и ни разу не заблудились.
Стоим мы вдвоём в огромной тайге, трясёмся от страха и рассуждаем, что в шестой класс мы уже не пойдём, здесь нас растерзают дикие звери, и даже родные нас не найдут.
Тогда я выплела из косы ленточку, завязала на дереве и сказала: «По этой ленточке мама догадается, что мы здесь были». Самые страшные мысли проносились в наших детских головках, а сумерки всё сгущались и сгущались.
Под ногами уже ничего нельзя было различить. Шли, держась за руки, спотыкаясь о кочки и все преграды, что были на пути. Слёз уже не было. Тряслись от холода, страха и голода.
Когда мы примостились на мох под высоким раскидистым деревом, на нас с высоты камнем упала большая птица, ударяя крыльями и выкрикивая: «Фу-бу!». Мы оцепенели от страха, а когда опомнились, узнали в этой птице филина. Мы бежали по тайге в темноте, спотыкались, плохо различая деревья, сплошная тёмная масса окутала нас, луна слабо освещала только верхушки деревьев.
Мы долго кричали, звали на помощь, голоса стали хриплыми. В одно мгновение услышали рычание, схожее с собачьим, и одновременно сверкнуло несколько горящих точек вблизи. Мы с ужасом закричали: «Волки!» - заголосили, как могли. Прогремел выстрел. Не сговариваясь, бросились бежать что было сил на этот выстрел. Тут раздался крик на русском ломаном языке: «Я здесь!».
Это был чукча-охотник, его яранга находилась неподалёку. Нашей радости с Аннушкой не было предела. Чукча был удивлён, как мы могли оказаться в такой глуши и остались в живых. На многие километры в округе он был один, и вокруг только дикие звери.
В яранге было тепло и уютно, мужчина нас накормил и уложил спать. Мы тут же уснули сладким сном, а рано утром он проводил нас в родное стойбище, где нам досталось от родителей, которые ночью со всем стойбищем искали нас. Но несмотря на это, мы были счастливы, что не погибли, а все наши страхи остались уже позади.
Валентина Клименко
В качестве иллюстрации использована работа Тани Кровопуск, 12 лет, преп. Е. А. Вафина, ДШИ №1 им. Н. С. Левшича
Реклама
