Ситуации, в которую попала Марина Любимова, не позавидуешь. Вот уже скоро два месяца, как она стала мамой, но оформить соответствующие документы, подтверждающие факт рождения ребенка, женщина до сих пор не может.

 

В Троицке Марина проживает без регистрации. Вот и получается, что она и ее новорожденный сын фактически бомжи — кроме справки из роддома на ребенка нет никаких документов. Нет прописки — невозможно оформить и получить все полагающиеся пособия. Сейчас семья осталась без средств к существованию и живет только за счет добрых людей. 

 

О Марине Любимовой стало известно из социальных сетей. Небезучастные, добродушные люди кинули клич в Интернете и организовали сбор средств и вещей для семьи, оказавшейся в трудной жизненной ситуации.

— Мало того, что у Марины нет прописки, так ей нечем было кормить ребенка, — рассказывает одна из добровольных помощниц Татьяна Богомолова. — Я сама случайно с ней познакомилась. Услышала, как в детской поликлинике сотрудники просили мамочек принести пеленки, распашонки и кто что может для новорожденного. Узнала адрес, где живет Марина, и сама поехала к ней. Затем в «Одноклассниках» разместила пост и рассказала об этом друзьям и знакомым. Откликнулось много людей, кто‑то адрес спрашивал, кто‑то перечислял деньги для малыша на карту. Я покупала на них питание для грудничка, пеленки, моющие средства.

По большому счету, Татьяна Богомолова и другие восприняли чужую беду, как свою и не остались безучастными к судьбе маме и малыша. Благодаря им маленький Богдан (так Марина решила назвать сына) пока ни в чем не нуждается. Но помощь от добрых людей не бесконечна и по сути она не решает проблему до конца.

Чтобы узнать поподробнее о Марине Любимовой, поехала к ней на встречу, в поселок Жиркомбинат, где она снимает комнату в коммуналке. В скромном жилище практически нет мебели: шифоньер, вместо кровати матрас на полу, коляска, журнальный столик. Но в комнате идеальный порядок: детские вещи наглажены и лежат аккуратными стопочками. Разговаривая со мной, она поглаживает и нежно прижимает малыша к себе.

— Знаете, мне уже сорок лет и Богдан — единственная радость в этой жизни. У меня, кроме него, никого нет, — говорит Марина. — В Троицке я второй год. Родом из Коркино, но там у меня родных не осталось. До этого несколько лет провела в заключении, когда освободилась — поехала в Челябинск, там жила какое‑то время в реабилитационном центре при церкви. Там познакомилась с отцом моего будущего ребенка. Затем решила перебраться в Троицк к подруге, она обещала меня прописать. Но так ничего и не вышло. До рождения сына работала в кафе, жила на квартире у одной пожилой женщины, но когда Богдан родился, та отказала в жилье, сославшись на то, что ребенок мешает ей спать. Спасибо тем, кто мне помог найти эту комнату. Правда, я за нее еще не рассчитывалась.

На вопрос, как она собирается жить дальше, Марина ответила, что надеется оформить все документы после прописки, якобы, ей пообещала в этом посодействовать соседка, когда купит дом. Но как скоро это случится, пока неизвестно. Марина Любимова призналась: когда родила сына, хотела оставить его в роддоме, но врачи уговорили забрать мальчика.

— У меня была паника и страх: как растить ребенка, когда у самой за душой ничего нет. Но в роддоме меня поддержали и сказали, чтобы я не отказывалась от сына, документы помогут оформить и так далее, — вспоминает моя собеседница. — Но я походила по инстанциям и единственное, что смогла выходить, так это заявление на единовременную материальную помощь в полторы тысячи рублей, которую пообещали выплатить в управлении соцзащиты вне зависимости от того, есть у меня прописка или нет. Теперь я, конечно, не представляю своей жизни без сына и никому его не отдам.

В комплексном центре социального обслуживания населения Троицка о проблемах семьи Любимовых знают и готовы всячески помогать. Но на это, по словам заведующей отделением помощи семье и детям Ирины Шориной, необходимо время.

— Сейчас главный вопрос в том, где прописать Марину Любимову. Причем первоначально она получит только временную прописку для того, чтобы оформить все необходимые документы на получение детского пособия, в том числе и свидетельство о рождении. Как только Марина с малышом выписалась из роддома, мы вместе с медицинскими работниками провели патронаж, поставили ее на учет в центр, — говорит Ирина Шорина. — У нас нет возможности где‑то конкретно ее прописать, но в настоящее время мы обратились в семьи за помощью, может, кто‑то согласится на это. Затем окажем всестороннюю помощь в оформлении документов, напишем ходатайство в УФМС, чтобы снизили ей штраф за проживание без регистрации, ну и в дальнейшем будем вести эту семью. Главное, чтобы у самой Марины было желание что‑то делать, как‑то изменить свою жизнь ради ребенка, а не только сидеть сложа руки и ждать помощи. 

В принципе, пока претензий у социальных служб к ней нет: она занимается сыном, всячески старается показать себя заботливой мамой, создает комфортные условия для малыша, идет на контакт со специалистами. Ну, а мы, в свою очередь, поможем ей социально адаптироваться. Что будет дальше, посмотрим.

Пока материал готовился к печати, удалось разузнать кое‑какие подробности из жизни нашей героини. Как оказалось, в Коркино у Марины есть близкие родственники, но они не желают о ней ничего слышать: за свои 40 лет она несколько раз привлекалась к уголовной ответственности. Кроме того, однажды она уже была лишена родительских прав, и дочку, которой сейчас уже 18 лет, воспитывала ее мама.

Марина не отрицает всего этого и говорит, что хочет наконец‑то начать нормальную жизнь и поставить сына на ноги. С одной стороны, очень хотелось бы верить этому, с другой, начинаешь сомневаться: уже год как она в Троицке, и прежде, чем завести ребенка, ей надо было подумать о том, где и в каких условиях она будет жить с малышом, на какие средства кормить и одевать его? Но пока Марина просто надеется на помощь посторонних людей. 13 августа Богдану исполнится два месяца, а у него до сих пор нет Свидетельства о рождении. И судьба малыша в этой ситуации не может не беспокоить.