Главная  |  Новости  |  Газета «Регион»  |  Троицкий Вестник  |  Архив газет  |  Реклама  |  Контакты  |  Объявления  |  Правила

Власть      Экономика      ЧП      Спорт      Культура      Здоровье      Образование       Социум      История      Рассказы троицких писателей      Видео

Наш Регион Троицк » Рассказы » Туман горючий

Туман горючий

Туман горючий

  

Ветреный майский день всё не кончался. Казалось, что суровое пасмурное небо будет давить своей мощью бесконечно.

- Какой длинный день, - глядя в окно тоскующими, печальными глазами, подумала   Илларионовна.
 
На подоконнике, среди прочих склянок, стояла зелёная бутыль. Тёмные, со вздутыми венами, изработанные, чуть дрожащие руки старой женщины, потянулись к ней. Через стекло еле читалась затёртая надпись «сирень». 

От непогоды ныли все суставы, особенно в коленях.  Их выворачивало так, что она, стискивая зубы, задерживала дыхание.  Коротко стриженные седые волосы прикрывала пушистая коричневая шаль. Две вязаные шерстяные кофты и носки из собачьей шерсти не давали ощущения тепла. Отопление уже отключили. Зябко и неуютно было на душе хозяйки.
 
Она осторожно поставила перед собой настойку на табуретку, присела на стул, отлила на ладонь и медленно начала втирать в ноющие суставы, приговаривая:
- «Откуда боли пришли, туда и подите!».
 
Присела на диван. На компрессы положила пуховую подушку, прикрыв сверху верблюжьим пледом. Поцеловала свой нательный крест и медленно произнесла:
- «Кресту святому во веки вечные бывать,
А мне, рабе Татьяне, ни хвори, ни боли не видать!».

- Кажется отпускает, - немного полежав, заметила она.
Не успела порадоваться страдалица, как резкий звонок в дверь, заставил невольно вздрогнуть. Согнувшись, придерживая полотенца на коленях, она стала продвигаться к двери. Открыв её, присела на стульчик у входа.

- Бабуля привет! – с шумом ввалился растрёпанный правнук Антошка.
 
Поток свежего весеннего воздуха взбодрил бабушку. Третьеклассник с грохотом  откинул портфель и  юркнул на кухню. Там всегда на столе в вазочке лежали сладости. Набив рот печеньками, разворачивая конфету, он затараторил. Не слушая, бабушка любовалась его озорными глазками, тихо сказала:
- Яблочко в буфете возьми.
- Послезавтра день Победы! - вытирая о свитер яблоко, с радостью доложил Антон.
- Чтобы бабушкам и дедушкам было весело, их приглашают в школу. Ты же была на войне? Фрицев видела? Расскажешь?
 
Бабушка притянула к себе правнука, потрепала его за чуб, погладила по румяной щёчке.
- Я же не воевала, что я могу… Вы про войну больше моего знаете, - с грустью промолвила она. Смахивая слезинки, вдруг повеселела:
- Какое у вас счастливое детство, – перекрестившись, добавила: 
- Помоги вам Боже!
 
На пороге Антон обернулся, нежно посмотрел на любимую бабушку, добавил:
- Бабуль, я за тобой зайду, вместе пойдём.
 
Илларионовна перекрестила правнука со словами:
- С Богом! Мой золотой!
 
Проводив Антошку, потихонечку, придерживая компрессы, она добралась до дивана, отдышалась. Вновь закутала ноги, и неожиданно в голове её зазвучала любимая старинная песня:
- «Сховалося солнце за степом, ветры за ветрами гудют»…
 
- А ведь и у неё было детство до войны, - подумалось ей, - солнечное, безмятежное, весёлое, хоть и детдомовское. Была, чуть старше Антоши.
 
Сквозь дрёму, ярко всплыл в памяти их красивый детский дом.
 
Огромный особняк на Украине с высоченными колонами. Бывшая усадьба местного помещика стала приютом для сирот. В райском саду среди ароматных цветов росли дети, потерявшие заботу родителей.  Новогодние утренники проводили в огромном зале, где ёлка до потолка, портрет вождя во всё окно и хороводы в три кольца. Каждый получал подарок, говорили, что от Сталина.
 
Вместе с подружкой Лариской, снежинками порхали хохоча, вокруг высокого нарядного дерева. И пусть, через марлю просвечивали протёртые локотки кофточек и заплатки на юбочках, они были счастливы в своих картонных коронах. Обе были певуньями, мастерицами.  Бегая по парку, дразнили друг друга:
- Лариска - Ириска!
- Танюшка - Ватрушка!
 
Как-то, Таня нашла кусок обрезанной доски, сделала рамочку и вставила портрет  товарища Сталина.
- Бога нет, а Сталин есть! – с уважением сказала она.
 
Закончив четвёртый класс, им пришлось забыть о своём беспечном детстве навсегда. Война чёрной линией перечеркнула его. Детский дом спешно готовился к эвакуации. Девочки вышивали имена на наволочках и укладывали в них тёплые вещи для младших.  Таня взяла с собой любимый портрет вождя и тряпичную куклу.  
 
Подъезжали грузовики и усаживали детей. В один из них Таня и Лариса сели на свои вещи рядом. Воспитательница Клавдия Петровна, сдерживая слёзы, успокаивала ребят:
- Нас чекають на Урале, скоро будэмо.
 
В углу стояла фляга с водой. На цепочке, нервно позвякивала алюминиевая кружка. Ехали недолго.
- От и станция, - волнуясь, сообщила сопровождающая.
 
На перроне их ожидал длиннющий состав. Детей сразу разместили в дощатые вагоны…
 
Прервав нахлынувшие воспоминания, кряхтя, и тяжко вздыхая, Илларионовна поднялась, снимая компрессы с ног. За окном густым покрывалом опускались сумерки. Она поставила чайник на плиту и заварила чай. Кухню окутал духмяный аромат душицы и жасмина. Ей вспомнился тот, застывший страх прошлого, как-то надо было успокоить своё истерзанное сердце. Чай отвлёк ненадолго, картины прошлого опять вернулись.
 
…От быстрой езды вагон покачивало, слышался тревожный гудок паровоза. Таня прошла по холодному полу в передний угол и села на свою наволочку. Детей в вагоне было много. Она поёживалась от тесноты в груди, тревожное чувство не покидало её ни на минуту.
 
- Сталин обязательно поможет, - шептала она, успокаивая себя… 
Мелкая дрожь в теле не унималась:
- Скорийше б ихаты! 
 
У входа, вдоль задней стены, на ящиках сидели три женщины. В углу фляга с водой, три холщовых мешка с продуктами. Сбоку высокое узкое окно, из которого можно было увидеть проплывающие станции, столбы да яркие летние звёзды. Женщины по очереди читали детям книжки. Незаметно, крестясь молились. Иногда в детские ладошки попадали сухарики, изюм и орешки. На станциях флягу заполняли водой, получали хлеб и одеяла. Детей укачивало, из сна они снова уходили в сон. Таня, чтобы успокоиться, рисовала в блокноте узоры. Она много слышала про фашистов, что они не жалеют никого. Долгая тревога сморила и её…
 
Илларионовна очнулась, пришла в себя. Боль стала возвращаться. Прошлое растворилось.
- Чёй-то я, клюшка старая, рассупонилась, - поругала она себя и вернулась к дивану. Помяла больные колени, прилегла. Закрыв глаза, не смогла отвязаться от страшных воспоминаний, которые являлись во снах всю жизнь.
 
…Ту-ту, ту-ту – убаюкивающие звуки поезда усыпили всех. Таня проснулась от непонятного шума. Он становился всё громче и страшнее.
- Самолёты! – закричал кто-то.
 
Ужасный рокот моторов, летящих над ними самолётов, взрывы бомб справа и слева, парализовали находящихся в вагоне. Таня достала из-под себя мешок и прижала к груди. Вдруг, страшный грохот потряс вагон, навалилась тишина, и крепко сдавила голову. Чёрный дым заполнил гарью всё. Трудно было дышать. Девочка сжалась в комок и уткнулась в наволочку. Дым, как туман горючий, начал рассеиваться.
 
Татьяна пришла в себя и огляделась.  Мешков с продуктами, стоящих в углу, не было. Фляги с водой тоже не было, да и самого угла не было. Тётенек, сидящих у задней стены, тоже не было. Вместо задней стены вагона зияла брешь. Она глянула на свою обгорелую наволочку. Из неё торчал портрет улыбающегося Сталина с острым куском железа, застрявшего в деревянной рамке.
 
- Я знала, что он меня спасёт… - невольно прошептала она сама себе.
Таня обвела взглядом уцелевшую часть вагона, постаралась поднять неподвижных детей. Лариса дёргала её за руку и что-то кричала, но Таня, хватаясь за голову, ничего не слышала. Дым рассеялся полностью, и она увидела, стремительно убегающие вдаль рельсы. Поезд продолжал движение. От слабости она провалилась в забытьё.
 
… И теперь снова сильная головная боль, как тогда после бомбёжки, вернулась к Илларионовне вместе с памятью.
 
- Божечки, да что же это! – испугано встрепенулась, глотая таблетки. Она пересела в кресло, но чудовищная картина событий, взволновала её до глубины души.
 
…Маленькая девочка очнулась от резкого рывка. Поезд замер. Непонятные звуки холодом доходили до её сознания. Немецкая речь пугала.
- Немцы… - догадалась она.

Лариса и Таня прижались к друг другу. Несколько выживших детей подползли к ним в угол. Они, как замороженные воробушки, ждали смерти. К обгорелому вагону  подошёл крупный немецкий солдат. Он улыбнулся, ощерив желтоватые, крупные лошадиные зубы, обратился к детям:
 
- Энен флин энон рам, - потом добавил на ломаном русском и поманил пальцем:
- Ангел лететь быстро!
 
Фашист был рад живому трофею…
 
Шаркая ногами, Илларионовна подошла к окну. Ветер стих. Звёздочки беспечно перемигивались с друг другом. Мелодия родной песни пришла ей на ум, и чтобы успокоиться, она тихо, почти неслышно, запела:
 
- «Ой хмелю, ож мий хмелю, хмелю зелененький. Де ж ты, хмелю зиму зимовав, тай не развивався?».
 
В тёмном стекле окна она снова увидела того, со страшной улыбкой, первого фашиста. И много других, стоящих на станции в оцеплении по периметру. Детей из передних вагонов выбрасывали, как щенков, и раскидывали по грузовикам. В кузове, где сидели Таня с Ларисой, крепко держась друг за друга, по углам устроились автоматчики. 
 
Один из них с сочувствием смотрел на беззащитных ребятишек, возможно у него самого была такая же крохотная дочурка. Остальные гоготали и откровенно радовались, ведь сколько крови раненым доставят они для великой Германии! В отгороженном отсеке вагона, на трухлявой соломе, как скот перевозили детей. Два охранника на станциях получали воду и «паёк». Дети ехали почти в полной темноте без свежего  воздуха. Один охранник всё время надоедливо пилил на губной гармошке…
 
Илларионовна ощутила тошноту, вспомнив этот звук, и потянулась за стаканом с водой.
 
- Хватит, надо укладываться, может ещё усну, - успокаивала она себя. - А там и рассвет.
 
Застелив диван, легла не раздеваясь, и закрыла глаза.
- Надо, что-то хорошее вспомнить, - проваливаясь в сон подумала она:
- Ой, а какая у меня была коса! Коса – краса!
 
Но вместо радости из прошлого донёсся оглушительный лай злых собак…
 
… Поезд встал, отодвинулось дверное полотно и яркий свет заставил всех зажмуриться. Он ослепил так, что ничего не было видно. Таня и Лариса на ощупь нашли друг друга и крепко сцепили руки. Оглушённых, ослеплённых и напуганных детей погнали с криками:
 
- Шнель фаркель, шнель!
 
Фашисты смеялись, визжали и хрюкали, погоняя ребятишек прутьями, как поросят. Резкая боль по рукам разняла девчонок. В бараке детей выстроили в ряд, и комендант, проходя, показывал пальцем, то на одного, то на другого ребёнка. Их выдернули из строя, сбили в кучу и увели.
- В ликарню? - подумала Таня.
 
Ларисы здесь не было. У входа в барак стояла разнаряженная, как в театр, фрау. На старых морщинистых щеках играл искусственный румянец. Нелепая шляпка на голове прикрывала тонкие редеющие волосы. Почти на каждом пальце её дряблых рук поблёскивали перстни. 
 
Входя в барак, кокетливо согнулась в неуклюжем реверансе, и, оскалившись в кривой улыбке, показала все свои золотые зубы. Тонконогий, с огромным брюхом комендант, упиваясь своей властью, показал товар. Туда-сюда, вдоль строя, ходила фрау, брезгливо морщась, оглядывая чумазых, оборванных детей. Резким движением сильной руки она больно схватила Татьяну за плечо и вытолкнула из ряда. Немка высмотрела ещё несколько девочек. Сунула пузатому мерзавцу свёрнутую пачку денег и грубо погнала детей к выходу. 
 
За воротами их ожидала телега, набитая соломой. Всю дорогу Таню колотила мелкая дрожь. По обе стороны дороги росли одинаково подстриженные, как солдаты, чужие деревья. Чёрная тоска безысходности подкатилась к самому сердечку. Горючие слёзы сами собой покатились по щекам, и она, не сдержав себя, громко всхлипнула.
 
Фрау Эмма повернулась к ней и погрозила кулаком. Она была в хорошем настроении. Ещё бы, так недорого обновила рабочую силу для своей свинофермы. Высокие ворота распахнулись и перед въезжающими открылся громадный двор. Слева было одноэтажное вытянутое здание. Напротив, склады и баня, а вдалеке сараи и загоны для свиней. 
 
По всему двору гуляли злые, хорошо откормленные немецкие овчарки.  У высокого крыльца дома слева виднелась неприметная дверь в подвал, туда загнали всех детей. Пахло сыростью и плесенью. Грубо сколоченные двухъярусные лежаки в два ряда, по пять в каждом. По середине стоял длинный стол с лавками по сторонам, как в лагерном бараке. 
 
У самого входа ведро с водой, ржавый таз и кувшин.  Татьяна улеглась на соломенный матрас, укрывшись тонкой рогожкой. Пытаясь согреться и призвать сон, вспомнила колыбельную песенку, которую пела малышам в детдоме:
 
- «Де хатонька теплесенька, де дитина малесинька, Там мы будем ночувати,  детину колесати».
 
Еле допев, провалилась в глубокий сон. Утром всех погнали в баню, выдали рубахи до пола и фартуки. В это утро Таня и другие девочки расстались со своими косами. Косы сложили в мешок и показали Эмме. Она одобрительно щёлкнула пальцами и кивнула головой…
 
Образ жестокой хозяйки долгие годы преследовал Илларионовну. Иногда она оглядывалась, и ей казалось, что фрау Эмма опять с плёткой стоит у неё за спиной. Чувствуя, что скачет давление, она приняла капли.
 
- Всё, хватит, - уверенно сказав, подошла к окну.
 
Открыла его, и на какое-то время, окунулась в безмятежную весеннюю ночь. В комнату стремительно ворвался свежий воздух. Она с жадностью делала вдох, как будто его могут опять отнять. Ныла спина, стоять согнувшись, было трудно. Ледяные руки немели. Обмотав поясницу шалью, она снова легла.
 
- Что я могу рассказать детям? – засыпая спрашивала себя.
 
В глубоком сне опять привиделись огромные свиньи, которые гонялись за ней…
 
- Фу ты, ну ты! – вытирая холодный пот со лба, заохала страдалица, отгоняя видения.
 
Включив ночник, взяла в руки своё вязание и медленно, поправляя очки, начала стучать спицами. С трудом, разглядывая узоры, она чётко видела мастерскую, в заточении которой провела несколько жутких лет.
 
…Из подвала к люку в потолке была приставлена крепкая лестница. Она вела наверх, в скорняжную мастерскую. Слева от входа стоял высокий мрачный сундук, а справа стол с заготовками перчаток, кошельков, портмоне, ремней и дамских сумочек. Четыре окна с одной стороны, четыре – с другой. У каждого окна швейная машинка и стол.  В простенках между окнами полки, заполненные коробками, свёртками и лотками. В другом отсеке за дверью занимались выделкой кожи. Работали заключённые из разных стран, но жёсткие правила касались каждого:
 
- Прилежно обучаться, работать добросовестно. Свиней им кормить не надо. Кто будет отлынивать, плохо работать или болеть, тот сам пойдёт на корм свиньям.
 
Недовольная хозяйка часто замахивалась плёткой и гневно кричала:
 
- Хочешь твоя кожа сумка?
 
Она не расставалась со своей плёткой, сплетённой из кожи в косичку, со свинцовыми шариками на конце. Неугодных ей девушек меняли часто. Работали узники по 12-14 часов в сутки. Один раз в полдень приносили чугунок с горячей похлёбкой. 
 
Тайное кожевенное производство приносило огромный доход, но прижимистая немка кормила скудно. Скорбное чувство подавленности, безысходной тоски не покидало малолетних узников. Когда на ферму приезжали гости, пленниц загоняли в подвал. 
 
Однажды, девушка, приносившая еду и воду, спросила Таню:
- Як тэбэ зваты? Звидки?
- С Украины. Очеретна Татиана.
- Я тэж! Злата.
 
Они подружились. Могли шептаться тайком на родном языке. Иногда Злата скрытно передавала малюсенький кусочек сала.
- Дякую, дуже дякую, - благодарила Таня.
- Будь ласка, - шептала в ответ её землячка.
 
Хозяйка фермы иногда загружала телегу салом и уезжала в лагерь за новой партией сырья.  Как-то Танюшке попался лоскут кожи с татуировкой девушки в сердечке.
- Разве на свиньях ставят такие? – спросила она у Златы.
- Цэ шкира людыны, - грустно ответила та.
- Людыны? – испуганно переспросила Таня.
 
Девушек часто меняли. Одних уводили, других привозили. Татьяна быстро освоила технику скорняжного ремесла, обладала сноровкой и талантом. У неё были золотые руки, но иногда злость отчаяния подводили её. Она с трудом сдерживала себя, чтобы не выскочить к собакам на растерзание.  
 
Беспросветную маяту и озлобление Татьяна гасила верой в закон справедливости. Якорь спасения, это вера в Сталина, - утешала она себя. -  Это крепкая надёжа для всего народа.
 
- Во чтобы то ни стало, мне надо дожить до рассвета, дожить до свитанку! – твердила девочка каждую ночь своей неволи…
 
Как из тумана, с привкусом горечи пережитого горя, выплывают картины прошлого. Туман горючий всё не рассеивался и острой болью мучил её сердце.  
 
Илларионовна потянулась за каплями, с трудом переводя дыхание. Она отложила вязание, сняла очки.
- Как же я пережила этот ужас? Вера, терпение и золотые руки помогли?
 
Сидя в кресле, она старалась закрыть свою книгу  страшной памяти навсегда.
- А ведь не зря верила? Какое ликование было, когда, ломая дверь в подвал, ворвались американские солдаты, они кричали:
- Фридем! Свобода! Тэ энд оф тэ вор! Конец войне!
 
С каким же наслаждением зверюгу - Эмму тащили за волосы бывшие узники по апрельской грязи! Измождённых, полуживых детей освобождали из плена и отправляли в город Эссен для восстановления и отправки на родину. 
 
- Светает, - глядя в просветлённое окно, с упоением заметила она.
 
Слёзы радости застыли на неподвижном лице Татьяны Илларионовны… Этот день Победы пережить не смогла, он оказался для неё последним. 


Рассказ посвящается Бессоновой Татьяне Илларионовне, основан на реальных событиях.  С июля 1941г. по апрель 1945г. была узницей Шварцвальда в Германии.
 
Лора Стельмашук

0
Поделиться новостью с друзьями:



Метки:

Добавление комментария

Уважаемые посетители!

На нашем сайте вы можете не только читать новости, но и публиковать свои. Приглашаем школы, учреждения культуры и простых посетителей размещать свои материалы.
Как разместить свою статью на сайте можете узнать здесь

Имя:*
E-Mail:
Комментарий:
Вопрос:
Название улицы между улицами "Гагарина" и "Ленина"
Ответ:*
Введите код: *


Сообщение для редакции


Ваше имя:
e-mail:
Текст сообщения:

Отправить


Оформить заявку на рекламу можно здесь


Архив новостей

 

В виде календаря

«    Июнь 2024    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930

В виде списка

Июнь 2024 (60)
Май 2024 (90)
Апрель 2024 (95)
Март 2024 (106)
Февраль 2024 (96)
Январь 2024 (73)
 
Подробнее...


Троицкая афиша

 

Кто сейчас онлайн?

Всего на сайте: 18
Пользователей: 1
Гостей: 17
amichael

Мы "Вконтакте"

 

Мы в OK.RU